![]()
О букве и духе закона в деле о пропавших политиках. — Интересным оказалось наблюдать за реакцией прогрессивной общественности в комментариях, в фэйсбуке и на других площадках, на фильм DW и признания бывшего спецназовца, — рассуждает основатель «Сильных новостей» Петр Кузнецов. — В основной своей массе реакции можно разделить на два типа. И оба они, сказать по правде, вызывают у меня недоумение. Первый тип: «Да там ничего нового!». Я не знаю, как называть людей, которые в своей оценке событий исходят из этого: наивными или глупыми. А что вы хотели нового увидеть? Это дело было раскрыто давно, раскрыто полностью и досконально. Павличенко сидел в изоляторе и давал показания, генпрокурор и начальник КГБ пошли к Лукашенко за санкцией на арест Шеймана, откуда вышли, правда, уже не совсем генпрокурором и начальником КГБ. Для того, чтобы пойти на такие меры, какая у них должна была быть доказательная база? Железобетонная должна была быть доказательная база. Впоследствии мы все ознакомились с ней после откровений Алкаева, рапорта Лопатика, свидетельств сбежавших следователей.