![]()
Лица тех, кто вернулся, и лица тех, кто встречал, — и никаких экскурсов в историю. Лето 2013-го. Стамбул. Ночь. Только прилетел, выхожу из аэропорта – кругом военные, полиция, всё оцеплено. В нескольких городах страны, находящихся в трёхстах километрах друг от друга – новый виток противостояния между мракобесием и прогрессом, авторитаризмом и демократией. У меня всего несколько дней на то, чтобы описать процесс, который тянется веками. Времени ничтожно мало, а с учётом моих темпов работы и уровня знаний о Турции – ноль. Но мне сказочно везёт. Машина, в которой я еду на площадь Таксим, где собрались сто тысяч противников Эрдогана, турецкого аналога Путина, проезжает сквозь стотысячную толпу его сторонников, марширующих по дороге в сторону аэропорта. Именно в эту ночь президент Турции возвращается в Стамбул, кажется, из Штатов, и толпа идёт его встречать. Я прошу водителя остановиться, выхожу из машины, встраиваюсь в ряды. Спустя два часа я оказываюсь на Таксиме, среди такого же огромного скопления людей.