![]()
Части показаний Мириам Адельсон, жены владельца газеты Israel Hayom, в так называемом, "деле 2000" были опубликованы на канале 12 News в четверг вечером, 5 сентября. Исходя из обвинительных заключений дела, премьер-министр Биньямин Нетаниягу пытался достичь соглашения с изданием Едиот Ааронот Нони Мозеса, которое обеспечило бы ему позитивное освещение в прессе в обмен на закрытие Исраэль Хайом, главного конкурента издания. В своих показаниях Адельсон вспоминает, как премьер-министр Нетаниягу и его жена Сара, кричали на нее из-за того, как о них пишут в газете и обсуждали то, как про них нужно писать на страницах издания. Адельсон: Сначала она (Сара Нетаниягу) была очень милой. Впечатляет. Умная женщина. Потом я не знаю, что случилось, спросите ее, чего она ожидала от нас. Но это началось постепенно . . . появились жалобы. Ее фотография слишком маленькая. Вы ничего не написали про то, как я навещала детей с раком или что-то еще . . . постоянно жаловалась. Все время . . . и это начало становиться неприятным. Мы слушали её, мы слушали и не отвечали. Следователь: Что, из уважения . . . Адельсон: Из уважения к премьер-министру и его жене . . . Следователь: И он (премьер-министр) тоже жаловался? Адельсон: Конечно . . . Амос (Регев, бывший редактор "Исраэль Хайом"), он слаб . . . Она не любила Амоса. Ей совсем не нравился Амос. Следователь: На что Нетаниягу отвечал? Что он хотел от Вас? На что он жаловался? Адельсон: То, что мы его не защищаем. Все атакуют их . . . остальная часть прессы клевещет на него. Один за другим, особенно перед выборами. Следователь: А что он хотел, чтобы вы сделали? Адельсон: Я не знаю. Каждый раз они находили что-то еще, что было неправильно, где мы ошибались. Они проливают мою кровь, сказала она. Следователь: И вы "пролили ее кровь"? Адельсон: Мы не защитили ее от чего-то. Она уже однажды сказала мне, что если Иран получит ядерное оружие, а Израиль будет уничтожен, то это будет моя вина, потому что я не защищала Биби. Следователь: И это вас не разозлило? Адельсон: Я устала слышать это и все. И мы больше к ним не придем. Мы устали слышать это . . . Послушайте, от уважаемого премьер-министра на меня будут кричать по телефону в Соединенных Штатах. Когда они кричали, я просто откладывала телефон в сторону, но крики все равно было слышно. Когда они стихали, это могло занять от пяти до десяти минут, я снова брала трубку. Я не слушала все это, ладно? Это было не приятно. Но из уважения к премьер-министру, большая часть этого исходила от неё, но из уважения к премьер-министру я просто не отвечала, я не отвечала. Следователь: И были ли у них требования к вам, вы их выполнили? Адельсон: Однажды я помню, как говорила Амосу (Регеву): "Давай, Амос, просто опубликуй ее фотографию, чтобы она оставила [премьер-министра] в покое". Я думала, что она мешает премьер-министру сосредоточиться на его работе со всей ее ерундой. Поэтому я сказала Амосу: "Давай, опубликуй фото, чтобы она оставила его в покое, и он мог работать". Теперь появились проблемы с Ираном, потому что он не может работать, она мучает его весь день.