![]()
Россия в отпуске на триста дней в году. Четырехдневная рабочая неделя, ввести которую додумался премьер, — большой прорыв, национальная идея, одна из подлинно необходимых мер! Вот облегчение, вот милость-то Господня — не смена вех, не чрезвычайное ввести, а без насилия: все делать, как сегодня, но наконец четыре дня взамен пяти. Затея мудрая, как Савская царица: без революции, без трат или щедрот всей этой мерзости, которая творится, на двадцать процентов устроить окорот. Клевещут запросто в фальшивых протоколах, в газетных простынях несут сплошную хрень, без тени совести детей болванят в школах — и вдруг убавить это все на целый день!И посвятить его поездкам на природу, прочтенью классики, как в наши времена… Какую, собственно, вы видели свободу? Свобода вот она — не делать ни хрена. Вон тут у Путина, ликует пресса хором, наглядно явлена гуманность наших дней: он прочит пенсию досрочную шахтерам. Но есть профессии значительно вредней! Шахтер копается в пластах родной породы, телеведущий же — в скоплениях дерьма, и если опыты его продлятся годы — ему понравится, и он сойдет с ума.