![]()
Всем хотелось перемен. Назарбаев ушел, оставив простых советских людей в странном самоощущении. Как бы спросонья народ спросил, не веря ошеломляющей новости: Как, Вы уже уходите?. Следом напросился другой тревожный вопрос: А что же будет с нами?. Те, кто оставался жить без перемен, но желал, чтобы нечто подобное произошло у них, как бы тяжело вздохнули: Ну, когда же, наконец, у нас?. Да, новость заставила оторваться от суеты многих: не только самих казахстанцев, но и всех тех, кто живет в этой большой и странной постсовковой семье, официально разведенной почти тридцать лет назад, но никак не разъезжающейся то ли оттого, что силен нервный психоз одиночества, то ли от того, что просто страшно. Да, всем хотелось перемен. . . Кому-то охотнее верилось в то, что пахнущие весной изменения придут откуда-то из тех земель, где знавали большего влияния Европы, но, как оказалось, прогресс (или его проявления) – штука непредсказуемая, и может происходить даже из Центральной Азии, называемой шуточно Ханством, чьи традиции, как казалось, далеки от западных стандартов политической культуры.