У царя в голове

Путин - это не Штирлиц из фильма, а Штирлиц из анекдота. Когда власть закрыта от общества, а вранье — основная стратегия публичного поведения для официальных лиц, ну, как сейчас в России, например, начинаешь особенно ценить проговорки людей государственных. В одной реплике про стратегию питерской подворотни больше правды и смысла, больше информации, позволяющей разобраться с внешней (да и не только с внешней) политикой РФ, чем во всех пресс-релизах МИДа. Владимир Путин опять проговаривается. Проговаривается, потому что нервничает, а нервничает, потому что понимает: история с Петровым и Бошировым, ценителями иноземных шпилей, не только больно ударила по имиджу государства, которое он возглавляет, — тоже обидно, конечно, но терпимо. Все хуже: лично он теперь выглядит не очень. Это ведь Путин в ходе Восточного экономического форума, на глазах у всего мира буквально, сказал для чего-то, что их нашли, что они штатские и что хорошо бы им посредством СМИ объясниться со всеми, кто интересуется их солсберийскими похождениями.