![]()
О пророческом даре писателя. В перестройку среди множества потрясений от ставшей доступной, а вчера еще запретной информации и литературы, у меня было, пожалуй, два основных. Первое – это номер Огонька с Матрениным двором Солженицына, с портретом автора. Помню, я много раз открывал этот номер, смотрел на фотографию писателя, перечитывая под ней, черным по белому – Александр Солженицын – и все не верил, что это может быть напечатано в советском журнале, да еще самом массовом. Ведь еще совсем недавно Солженицына если и упоминали в советской печати, то не иначе как с характеристикой отщепенец, а хранение дома Нового мира за 1962 год или Роман-газеты за 1963-й с Иваном Денисовичем, изъятыми из всех библиотек, являлось криминалом и могло послужить источником больших неприятностей. Еще не был напечатан Архипелаг Гулаг, но именно эта первая перестроечная публикация Солженицына прозвучала для меня первым звонком, после которого я понял, что земля под советской властью серьезно закачалась.