![]()
Мы живем в эпоху, когда власть щеголяет в мундирах энкавэдешных палачей. Говорят, у эскимосов есть аж полтысячи слов для названия разных оттенков и состояний снега. Ну, может, не полтысячи - некоторые ученые оспаривают эту цифру, - но все равно очень много. Куда больше, чем у нас. Для нас снег и есть снег. Кто-нибудь скажет с ходу как еще его можно называть? А у эскимосов tla - это обычный снег, tlapa - снег-пудра, tlaslo - медленно идущий снег, tlapinti - быстро идущий снег, а ylaipi - так и вовсе завтрашний снег. Такое лингвистическое богатство, доставшееся одному явлению природы, легко объяснить: снег - среда обитания эскимосов. Это то, с чем они имеют дело весь год, каждый день, что влияет на условия и качество их жизни. А мы этот снег и зимой-то имеем все реже - так что нам для него и одного слова хватает. Но ладно снег! Оказывается, и важные для нас вещи мы не всегда воспринимаем адекватно и грамотно дифференцируем их нюансы. Ситуация вокруг Куропат лишний раз это подтвердила.