![]()
Вряд ли мировые лидеры, говоря о толерантности и терпимому отношению к другим могут себе представить наилучший пример её реализации. Пока в развитой Европе бушуют страсти на почве религиозных разногласий и политических противостояний, в ослабленной войной Украине рождаются семьи, основа которых – единство непохожих. И где бы Вы думали? В полуразрушенном Донбассе, в самом центре боевых действий.
Татьяна и Трезор познакомились в социальной сети. Декорацией к их первому свиданию был теракт в Донецком ЦУМе, а музыкальным сопровождением – бомбардировка аэропорта. Вскоре ВУЗ Трезора экстренно эвакуировали и ему пришлось уехать из Донецка раньше Татьяны. Почти три месяца им пришлось провести в разлуке: необходимо было решить квартирный вопрос и утрясти формальности с переводом в другое учебное заведение. Это оказалось непросто - полтора года назад внутренних переселенцев не очень охотно брали в качестве квартирантов. Были и другие трудности, которые будущей семье ещё предстояло преодолеть. В частности, отношение близких Татьяны к такому союзу. Однако ничто из этого не стало существенным препятствием для влюблённых. Сегодня - это уникальная семья может служить ярчайшим примером толерантности для всего мирового сообщества. Судите сами: он протестант – она православная, он темнокожий африканец – она украинка, она с русскоязычного востока – он изучал украинский язык в Тернополе.
У Стивена Нгонго – это их 10-ти месячный малыш, украинское гражданство. Трезор искренне полюбил нашу страну, хотя и столкнулся здесь с войной и человеческой жестокостью. Своей открытостью он смог нейтрализовать весь негатив и раздвинуть рамки человеческого восприятия. Он родился в семье депутата парламента республики Конго. У себя на родине он имел хорошее положение в обществе. Тем не менее здесь, в Украине, не боится никакой работы. Параллельно с учёбой подрабатывает грузчиком в компании по производству полуфабрикатов. Он говорит, что такое полярное осознание себя как вверху, так и внизу социальной пирамиды помогло ему правильно расставить жизненные приоритеты.
Интересно, как Татьяна вспоминает о довоенной жизни. По её словам тогда в Донецке довольно часто была слышна украинская речь. А на городских и районных мероприятиях посвящённых национальным праздникам именно русскоязычные жители становились самыми активными участниками. По её мнению, существующая ныне национальная разрозненность не свойственна её землякам. Она убеждена, что это было насаждено искусственно. У украинцев просто не было иммунитета против чужеродной пропаганды. А значит в данный момент мы получаем очень болезненную прививку.
Сегодня часть её семьи – мать и сестра, живут в полуразрушенном доме в Марьинке. Татьяна же не собирается туда возвращаться. Многонациональная Одесса стала для молодой семьи второй родиной. Пусть пока они живут на съемной квартире, но для людей с таким широким мировоззрением – это лишь промежуточный этап. Мечты у них довольно просты и понятны каждому из нас – уютный собственный дом, обязательно с большой гардеробной, и благополучие для всей Украины. Ведь вряд ли получится быть счастливыми в окружении общего бедствия. Трезор, как протестант, верит, что мечте поможет сбыться упорный труд, а православная Татьяна, для подстраховки, загадывает желание накануне Дня Святого Николая этому святому.
Лариса Коява