Войны больше нет

В лучшем случае есть нечто, «подобное войне». Так размышлял бывший министр обороны ФРГ Карл-Теодор цу Гуттенберг (Karl-Theodor zu Guttenberg). Для его предшественника Франца Йозефа Юнга (Franz Josef Jung) действия в Афганистане были «операцией по стабилизации». Канцлер предпочитает выражение «немеждународный вооруженный конфликт». Пользуется популярностью операция, направленная на предотвращение «гуманитарной катастрофы», которой Владимир Путин объяснил кражу Крыма. Война, которая когда-то считалась «матерью всех вещей», осиротела. Это не просто лингвистическое и политическое малодушие, которое питает завуалированность в восприятии термина.